Виртуалистика 
Аретея 
Сообщество 
Виртуальная жизнь 
Виртуалистика в жизни 
   Виртуальный конфликт 
      Resume 
      Информация о проекте 
      Результаты 
      Библиография 
   Виртуалистика в искусстве 
      Коллектив 
   Педагогическая виртуалистика 
   Виртуальная медицина 
   Виртуальная Родина 
      Виртуальная этнография 
         Ульяновский р-н Калужской обл. 
            Заповедник Калужские засеки 
   Человеческий потенциал ВС РФ 
      Resume 
      Информация о проекте 
      Результаты 
      Основные итоги 
      Библиография 
   Вирт.филос.искусственного интеллекта 
подписаться
отписаться


 Виртуалистика в жизни > Виртуальный конфликт > Результаты

Итоговый научный отчет по проекту

 

9.1. Номер проекта 01–03–00076а

9.2. Руководитель проекта

Носов Николай Александрович (умер 10.01.2002).

Яновский Рудольф Григорьевич (c 11.01.2002).

9.3. Название проекта Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов

9.4. Сроки выполнения проекта, в соответствии с исходной заявкой (год начала — год окончания) 2001 – 2003

9.5. Коды классификатора 03-140

9.6. Ключевые слова (не более 15) социальная безопасность, социальный конфликт, неклассическая философия, гуманитарные дисциплины, гуманитарные технологии, конфликтология, манипулирование сознанием

 

9.7.    Заявленный в проекте план работы на весь срок выполнения проекта (по годам)

 

Согласно плану основной задачей первого этапа работы (2001 г.) являлась разработка общего контура неклассической эпистемологической парадигмы (анализ литературы по проблемам социального конфликта и социальной безопасности, уточнение состояния проблемы, выбор конкретной практической сферы социальных конфликтов, анализ литературы в смежных дисциплинах). Не менее важную задачу первого этапа составляла разработка тактико-технических требований к веб-сайту “Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов”.

Таким образом, основная работа в 2001 г. должна была заключаться в: а) теоретическом анализе классической эпистемологии (и философии в целом) с целью проработки ее возможностей для применения к проблеме конфликтов и проработка контуров неклассической (постнеклассической) философии с той же целью (возможность применения к проблеме конфликтов); б) практическом социально–психологическом анализе реальных социальных конфликтов в конкретных учреждениях; в) публикации результатов проделанной в 2001 г. в рамках Проекта работы; г) поддержке проведения всероссийской конференции «Виртуалистика–2001», на которой, в частности, обсуждались теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов; д) разработке технических требований к веб-сайту “Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов” в сети Интернет.

Основной задачей второго этапа работы (2002 г.) являлся концептуальный анализ двух типов реальных социальных конфликтов: в медицине и организационных конфликтов.

В качестве конкретных результатов предполагалось получить: 1) эмпирическое описания социального конфликта в медицине; 2) эмпирическое описания социального конфликта в организационных структурах; 3) теоретическую модель социального конфликта в медицине; 4) теоретическую модель социального конфликта в организационных структурах; 5) подготовить рукопись по проблеме социального конфликта в медицине; 6) подготовить рукопись по проблеме социального конфликта в организационных структурах; 7) провести техническую подготовку к созданию веб-сайта “Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов” в сети Интернет.

Основной задачей третьего этапа работы (2003 г.) являлась разработка практических рекомендаций по урегулированию социальных конфликтов как способа обеспечения социальной безопасности на примере социальных конфликтов в медицине и организационных структурах.

В качестве конкретных результатов предполагалось получить: 1) эмпирическое описание разрешения социального конфликта в медицине; 2) эмпирическое описания разрешения социального конфликта в организационных структурах; 3) теоретическую модель инструмента разрешения социального конфликта в медицине (практических рекомендаций); 4) теоретическую модель инструмента разрешения социального конфликта в организационных структурах (практических рекомендаций); 5) подготовить рукопись по проблеме урегулирования социального конфликта в медицине; 6) подготовить рукопись по проблеме урегулирования социального конфликта в организационных структурах. 7) создать работающий прототип сайта по Теоретическим проблемам социальной безопасности конфликтов.

 

9.8.    Содержание фактически проделанной работы (по годам), полученные результаты (за предыдущие годы и в 2003 г.)

 

Особенность работы в рамках Проекта – ее комплексность, когда фундаментальные философские вопросы обсуждаются не абстрактно, а в соотнесении с эмпирическим материалом. При этом происходит как развитие собственно философской проблематики – за счет необходимости анализа нового эмпирического материала, так и конкретных дисциплин – за счет глубокой философской проработки эмпирических проблем. Иными словами, работы в рамках Проекта велись как на уровне теоретического знания (на уровни разработки новых парадигматических подходов к проблематике социальных конфликтов: в рамках классической, неклассической и постнеклассической философии), так и на уровне описания и разрешения конкретных социальных конфликтов (на уровне конкретных научно-практических методов или программ).

Если говорить конкретно, то в рамках Проекта происходила разработка постнеклассической философии на материале социальных конфликтов. В частности, на материале классической медицины было показано, что медицинские модели человека не соответствуют некоторым заболеваниям человека (например, бронхиальной астме). Это несоответствие приводит к обособлению сферы медицины в самостоятельную социальную сферу, функция которой заключается в обеспечение собственного существования, а не в излечение больных. Эта ситуация в свою очередь ведет к достаточно сильному социальному конфликту особого рода – когда суть конфликта не может быть адекватно (осознанно) сформулирована ни одной из конфликтующих сторон (медицина, с одной стороны, и пациенты, общество – с другой), но обе стороны имеют смутное недовольство противоположной стороной, не обеспечивающей, как они считают, достаточной эффективности лечения. Такого рода конфликты были названы «виртуальными конфликтами», поскольку виртуальный конфликт соответствует понятию виртуальности. Таким образом, в рамках Проекта был введен в науку и исследовался новый тип конфликта: виртуальный конфликт. В рамках Проекта виртуальные конфликты рассматривались в двух социальных сферах: в медицине и в управлении.

В 2001 г. были опубликованы три монографии по результатам философской дискуссии: Н.А. Носова (посвящена эпистемологии классической и неслассической психологии), М.В. Шугурова (рассматриваются теоретические вопросы виртуальной герменевтики) и О.С. Анисимова (описана собственная система, философия, гегельянства).

Работа по проекту в 2002 году осложнилась в связи со скоропостижной смертью 10 января 2002 года руководителя проекта Носова Н.А. (1952 – 2002). Вследствие произошедшего пришлось изменить официальный состав исполнителей проекта: ввести в его коллектив старшего научного сотрудника ИЧ РАН Носову Т.В. (вдову Носова Н.) и исполняющего должность руководителя Центра виртуалистики Пронина М.А.

Исполнителями проекта (Яновским Р., Зеленко Б., Носовой Т., Прониным М.) была проведена работа в личных и научных архивах Носова Н., что позволило завершить подготовку к публикации и опубликовать в 2002 году его последнюю книжку «Виртуальный конфликт: виртуальная социология медицины». Эта его работа является базовой в новом понимании природы конфликта. Как следует из исследовательской гипотезы проекта, в основе некоторых конфликтов лежат знаниевые структуры, т.е. ряд конфликтов является эпистемологическим по своей природе, что и нашло подтверждение в его последней работе. В ней сформулированы контуры классической и постнеклассической (согласно классификации В.С.Степина) эпистемологии применительно к социальным конфликтам и вопросам безопасности в сфере медицины (на примере лечения бронхиальной астмы). Показаны возможности и ограничения классического и постнеклассического подходов к рассмотрению константных и виртуальных конфликтов.

В общем виде теоретическая модель виртуального конфликта описана в тезисах Носова Н. «Виртус – казус», а механизм возникновения виртуального конфликта и его полионтичная (виртуальная) классификация дана в тезисах Пронина М. «Виртуальные ловушки». Еще в одной его работе «Здоровье как онтологическая проблема» (опубликована в 2003 г.) проведен общетеоретический анализ онтологической, гносеологической и аксиологической неадекватности современной медицины (современной парадигмы классической и неклассической медицины) полионтичной (виртуальной) природе мира и болезней.

Вторая часть работ, направленная на эмпирическое описание и теоретическую концептуализацию социального конфликта в организационных структурах, не смотря на организационные трудности, связанные с изменением системы управления проектом и необходимостью удержать авторский замысел Носова Н., также продолжалась. Было получено феноменологическое описание виртуального конфликта в рамках виртуальной антропологии (виртуального человека) на примере подготовки руководителей, представителей творческих профессий и консультантов по управлению и организационному развитию – статья Пронина М. «Балбес, броненосец, консультант…».

Кратко дан перечень феноменов социальных конфликтов в сфере подготовки коучей (одна из разновидностей управленческого консультирования) и их работы с клиентами (Пронин М. «Мировоззрение, философия, теория, технологии и практика коучинга: вопросы без ответов»), не решаемых в рамках традиционных (классических) подходов. Введена новая классификация краткосрочных учебных программ по управлению, направленных на организационное развитие: введены понятия константных и виртуальных программ (Пронин М.А. К новой классификации краткосрочных учебных программ по управлению: виртуальный подход).

Здесь следует также отметить следующее. Изначально состав людей, привлеченных к реализации проекта, был и остается шире заявленного в списке основных исполнителей проекта. Достижения и результаты проекта рассматриваются нами как следствие коллективного обсуждения рассматриваемой проблематики.

Основная работа в 2003 г. заключалась: а) в продолжении теоретического анализа классической эпистемологии (и философии в целом) с целью проработки ее возможностей для применения к проблеме конфликтов; б) в продолжении проработки контуров неклассической (постнеклассической) философии с той же целью (оценки возможностей ее применения к проблеме конфликтов); в) в практическом социально–психологическом анализе реальных социальных конфликтов в конкретных социальных группах и профессиональных сообществах; г) в публикации результатов проделанной в 2003 г. в рамках Проекта работы; д) в поддержке проведения всероссийской конференции «Виртуалистика–2003», на которой, в частности, обсуждались теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов; е) в участии в работе XXI Всемирного Философского Конгресса (г. Стамбул); ж) в технической подготовке создания рабочего прототипа веб-сайта “Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов” в сети Интернет.

В 2003 г. опубликованы три монографии по результатам философской дискуссии (О.С. Анисимова, А.Н. Михайлова и Я.В. Чеснова).

Работа А.Н. Михайлова посвящена развернутому описанию аретеи астматического виртуса – работе с сущностным основанием такого феномена как бронхиальная астма. Монографию следует рассматривать как практическое продолжение, как оказалось, последнего фундаментального труда Н.А. Носова «Виртуальный конфликт: виртуальная социология медицины» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 18.), т.к. в ней дается полное описание инструментария работы с астматическим виртусом. Автором на основе виртуального подхода предложены немедикаментозные методы лечения (аретеи) бронхиальной астмы как демонстрации возможностей виртуальной медицины.

Таким образом, социальный конфликт в сфере медицины на примере «бронхиальной астмы» в рамках Проекта был проработан на всех уровнях: философском (в рамках классической, неклассической и постнеклассической философии), на уровне теории (предложена новая теоретическая модель феномена аномии дыхания), методологии (введен новый тип диагностики и коррекции состояния виртуала дыхания) и методик работы с конкретными феноменами практики (разработаны конкретные методики виртуальной диагностики – ресты, и коррекции – аретические тексты и упражнения).

Аналогичная работа, как на уровне теоретического знания (разработки новых парадигматических подходов), так и на уровне конкретных научно-практических инструментов (программ) - от философии до описания феноменологии и практики управления (разрешения) виртуальных конфликтов, - проведена в сфере управления на примере организационно-деятельностных игр О.С. Анисимовым и М.А. Прониным в сфере управленческого консультирования.

Работы 2003 года показали продуктивность приложения понятия «виртуальный конфликт» для анализа и обеспечения социальной безопасности, развития гуманитарного, гражданского потенциала общества (статья М.А. Пронина «Гумантарный, гражданский потенциал общества и общечеловеческие ценности: виртуальный подход»). Возможности виртуального подхода в истории продемонстрированы в готовящейся к изданию работе Э.Ф. Асадуллина «Виртуальный подход в истории» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 19.).

Актуальные проблемы философских основ виртуальной антропологии нашли свое выражение в работе Я.В. Чеснова («Антропология женского тела») и докладе М.А. Пронина XXI Всемирном философском конгрессе в Стамбуле («Постнеклассическая эпистемология: коренной вопрос и основные сдвиги онтологических оснований»).

Феноменология виртуального социального конфликта в сфере педагогики, в сфере подготовки специалистов творческих профессий (художников–виртуозов) и некоторые способы их преодоления в рамках постнеклассической философии будут представлены в готовящейся к изданию коллективной монографии «Партитура исполнителя» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 24.).

 

9.9.    Основные итоги выполненного проекта.

 

Резюме

В результате реализации проекта показана продуктивность приложения виртуального подхода к целому ряду социальных конфликтов, не рассматривавшихся и не разрешимых раньше в рамках классической и неклассической философии. Введен и описан новый тип конфликтов – виртуальный конфликт. Предложены адекватные методы его разрешения: новый тип практики – аретея (практическая виртуалистика), - новые способы разрешения социальных конфликтов, в основу которых положен виртуальный подход. Описаны социальные конфликты в сфере медицины и в сфере организационного управления. В медицине рассмотрен феномен «бронхиальной астмы» – аномии дыхания, и предложены соответствующие инструменты ее аретеи. В сфере управления разработана философия и процедуры организационно-деятельностных игр. Описаны феномены организационных конфликтов, встречающиеся при развитии гражданского общества и организационных структур. Предложены подходы и процедуры коррекции последних.

 

Особенности проекта, его этапы и общие результаты

 

Особенность работы в рамках Проекта – ее комплексность, когда фундаментальные философские вопросы обсуждаются не абстрактно, а в соотнесении с эмпирическим материалом. При этом происходит как развитие собственно философской проблематики – за счет необходимости анализа нового эмпирического материала, так и конкретных дисциплин – за счет глубокой философской проработки эмпирических проблем. Иными словами, работы в рамках Проекта велись как на уровне теоретического знания (на уровни разработки новых парадигматических подходов к проблематике социальных конфликтов: в рамках классической, неклассической и постнеклассической философии), так и на уровне описания и разрешения конкретных социальных конфликтов (на уровне конкретных научно-практических методов или программ).

Если говорить конкретно, то в рамках Проекта происходила разработка постнеклассической философии на материале социальных конфликтов. В частности, на материале классической медицины было показано, что медицинские модели человека не соответствуют некоторым заболеваниям человека (например, бронхиальной астме). Это несоответствие приводит к обособлению сферы медицины в самостоятельную социальную сферу, функция которой заключается в обеспечение собственного существования, а не в излечение больных. Эта ситуация в свою очередь ведет к достаточно сильному социальному конфликту особого рода – когда суть конфликта не может быть адекватно (осознанно) сформулирована ни одной из конфликтующих сторон (медицина, с одной стороны, и пациенты, общество – с другой), но обе стороны имеют смутное недовольство противоположной стороной, не обеспечивающей, как они считают, достаточной эффективности лечения. Такого рода конфликты были названы «виртуальными конфликтами», поскольку виртуальный конфликт соответствует понятию виртуальности. Таким образом, в рамках Проекта был введен в науку и исследовался новый тип конфликта: виртуальный конфликт. В рамках Проекта виртуальные конфликты рассматривались в двух социальных сферах: в медицине и в управлении.

В 2001 г. были опубликованы три монографии по результатам философской дискуссии: Н.А. Носова («Не-виртуалистика» - посвящена эпистемологии классической и неслассической психологии), М.В. Шугурова (рассматриваются теоретические вопросы виртуальной герменевтики) и О.С. Анисимова (описана собственная система, философия, гегельянства).

Работа по проекту в 2002 году осложнилась в связи со скоропостижной смертью 10 января 2002 года руководителя проекта Носова Н.А. (1952 – 2002). Вследствие произошедшего пришлось изменить официальный состав исполнителей проекта: ввести в его коллектив старшего научного сотрудника ИЧ РАН Носову Т.В. (вдову Носова Н.) и исполняющего должность руководителя Центра виртуалистики Пронина М.А.

Исполнителями проекта (Яновским Р., Зеленко Б., Носовой Т., Прониным М.) была проведена работа в личных и научных архивах Носова Н., что позволило завершить подготовку к публикации и опубликовать в 2002 году его последнюю книжку «Виртуальный конфликт: виртуальная социология медицины». Эта его работа является базовой в новом понимании природы конфликта. Как следует из исследовательской гипотезы проекта, в основе некоторых конфликтов лежат знаниевые структуры, т.е. ряд конфликтов является эпистемологическим по своей природе, что и нашло подтверждение в его последней работе. В ней сформулированы контуры классической и постнеклассической (согласно классификации В.С.Степина) эпистемологии применительно к социальным конфликтам и вопросам безопасности в сфере медицины (на примере лечения бронхиальной астмы). Показаны возможности и ограничения классического и постнеклассического подходов к рассмотрению константных и виртуальных конфликтов.

В общем виде теоретическая модель виртуального конфликта описана в тезисах Носова Н. «Виртус – казус», а механизм возникновения виртуального конфликта и его полионтичная (виртуальная) классификация дана в тезисах Пронина М. «Виртуальные ловушки». Еще в одной его работе «Здоровье как онтологическая проблема» (опубликована в 2003 г.) проведен общетеоретический анализ онтологической, гносеологической и аксиологической неадекватности современной медицины полионтичной (виртуальной) природе мира и болезней.

Вторая часть работ, направленная на эмпирическое описание и теоретическую концептуализацию социального конфликта в организационных структурах, не смотря на организационные трудности, связанные с изменением системы управления проектом и необходимостью удержать авторский замысел Носова Н., также продолжалась. Было получено феноменологическое описание виртуального конфликта в рамках виртуальной антропологии (виртуального человека) на примере подготовки руководителей, представителей творческих профессий и консультантов по управлению и организационному развитию – статья Пронина М. «Балбес, броненосец, консультант…».

Кратко дан перечень феноменов социальных конфликтов в сфере подготовки коучей (одна из разновидностей управленческого консультирования) и их работы с клиентами (Пронин М. «Мировоззрение, философия, теория, технологии и практика коучинга: вопросы без ответов»), не решаемых в рамках традиционных (классических) подходов. Введена новая классификация краткосрочных учебных программ по управлению, направленных на организационное развитие: введены понятия константных и виртуальных программ (Пронин М.А. К новой классификации краткосрочных учебных программ по управлению: виртуальный подход).

Здесь следует также отметить следующее. Изначально состав людей, привлеченных к реализации проекта, был и остается шире заявленного в списке основных исполнителей проекта. Достижения и результаты проекта рассматриваются нами как следствие коллективного обсуждения рассматриваемой проблематики.

Основная работа в 2003 г. заключалась: а) в продолжении теоретического анализа классической эпистемологии (и философии в целом) с целью проработки ее возможностей для применения к проблеме конфликтов; б) в продолжении проработки контуров неклассической (постнеклассической) философии с той же целью (оценки возможностей ее применения к проблеме конфликтов); в) в практическом социально–психологическом анализе реальных социальных конфликтов в конкретных социальных группах и профессиональных сообществах; г) в публикации результатов проделанной в 2003 г. в рамках Проекта работы; д) в поддержке проведения всероссийской конференции «Виртуалистика–2003», на которой, в частности, обсуждались теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов; е) в участии в работе XXI Всемирного Философского Конгресса (г. Стамбул); ж) в технической подготовке создания рабочего прототипа веб-сайта “Теоретические проблемы социальной безопасности и конфликтов” в сети Интернет.

В 2003 г. опубликованы три монографии по результатам философской дискуссии (О.С. Анисимова А.Н. Михайлова и Я.В. Чеснова).

Работа А.Н. Михайлова посвящена развернутому описанию аретеи астматического виртуса – работе с сущностным основанием такого феномена как бронхиальная астма. Монографию следует рассматривать как практическое продолжение, как оказалось, последнего фундаментального труда Н.А. Носова «Виртуальный конфликт: виртуальная социология медицины» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 18.), т.к. в ней дается полное описание инструментария работы с астматическим виртусом. Автором на основе виртуального подхода предложены немедикаментозные методы лечения (аретеи) бронхиальной астмы как демонстрации возможностей виртуальной медицины.

Таким образом, социальный конфликт в сфере медицины на примере «бронхиальной астмы» в рамках Проекта был проработан на всех уровнях: философском (в рамках классической, неклассической и постнеклассической философии), на уровне теории (предложена новая теоретическая модель феномена аномии дыхания), методологии (введен новый тип диагностики и коррекции состояния виртуала дыхания) и методик работы с конкретными феноменами практики (разработаны конкретные методики виртуальной диагностики – ресты, и коррекции – аретические тексты и упражнения).

Аналогичная работа, как на уровне теоретического знания (разработки новых парадигматических подходов), так и на уровне конкретных научно-практических инструментов (программ) - от философии до описания феноменологии и практики управления (разрешения) виртуальных конфликтов, - проведена в сфере управления на примере организационно-деятельностных игр О.С. Анисимовым и М.А. Прониным в сфере управленческого консультирования.

Работы 2003 года показали продуктивность приложения понятия «виртуальный конфликт» для анализа и обеспечения социальной безопасности, развития гуманитарного, гражданского потенциала общества (статья М.А. Пронина «Гумантарный, гражданский потенциал общества и общечеловеческие ценности: виртуальный подход»). Возможности виртуального подхода в истории продемонстрированы в готовящейся к изданию работе Э.Ф. Асадуллина «Виртуальный подход в истории» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 19.).

Актуальные проблемы философских основ виртуальной антропологии нашли свое выражение в работе Я.В. Чеснова («Антропология женского тела») и докладе М.А. Пронина XXI Всемирном философском конгрессе в Стамбуле («Постнеклассическая эпистемология: коренной вопрос и основные сдвиги онтологических оснований»).

Феноменология виртуального социального конфликта в сфере педагогики, в сфере подготовки специалистов творческих профессий (художников–виртуозов) и некоторые способы их преодоления в рамках постнеклассической философии будут представлены в готовящейся к изданию коллективной монографии «Партитура исполнителя» (Тр. центра виртуалистики. Вып. 24.).

 

Теоретические основания постнеклассической конфликтологии

 

Этапы развития человека во многом суть и следствие смены его парадигматических, мировоззренческих установок на свою собственную природу и окружающий мир. Так научная история человека, в классификации, предложенной В.С. Степиным (2000), основанная на смене структуры схемы рациональности, схемы производства научного знания, складывается из трех этапов: классического, неклассического и постнеклассического.

Классический этап в истории науки связан с включением с схему рациональности исключительно объекта исследований. На следующем этапе – неклассическом – наряду с объектом в схему рациональности включаются средства, инструменты, исследования. Общий вид схемы очевиден многим хотя бы по типовой структуре научных работ: объект и предмет исследований, во-первых, и материалы и методы исследования – во-вторых.

Постнеклассический этап науки начинается с включением в схему рациональности субъекта – исследователя, теоретика или практика. В.С. Степин прежде всего выделяет его ценностные и целевые характеристики.

Таким образом, постнеклассическое миропонимание требует предъявления со стороны исследователя, ученого, практика, или просто рассказчика, собственных целевых и ценностных оснований наряду с описанием объекта исследований и инструментов, средств, привлеченных им для этого.

Тем самым такое понимание науки задает новую топологию ее знаниевого (гносеологического, эпистемологического) пространства и предопределяет множественность ее базисов – равно положенных начальных точек ортогональных (онтологически независимых) пространств координат: объекта, инструмента и субъекта.

В свою очередь, например, субъект, характеризующийся, а значит, полагаемый состоящим, из разнокачественных подпространств, в нашем случае ценностей (аксиологической подсистемы) и целей (организационной, деятельностной составляющей), также предстает как объект с множественным (полионтичным) базисом со свойствами вложенности (иерархичности) относительно пространства постнеклассической науки.

Таким образом, пространство постнеклассической науки характеризуется полионтологичностью и иерархичностью, детерминирующими гиперкомплексность ее базиса. Справедливость последнего утверждение предъявляется чисто формальной подстановкой в схему рациональности в качестве объекта, инструмента – субъекта (или человека). А именно:

 

({объект = субъект} + {инструмент = субъект} + {субъект = субъект})

или

 

({объект = человек} + {инструмент = человек} + {субъект = человек}).

 

При таком понимании структуры знаниевого пространства постнеклассической науки можно предположить, что задача различения (распознавания) объекта, инструмента и субъекта может быть решена топологически - выделением (определением) либо полаганием топики базисов интересующих субъекта подпространств.

Рассмотренное позволяет, с одной стороны, постулировать требование топологической адекватности тех или иных уже имеющихся научных методов (системных, например) пространству постнеклассической науки, иными словами, признать необходимость оценки таковой. Оценки способности того или иного научного подхода определять базовое подпространство начальных точек (гиперточек), относительно которых могут быть получены все решения (модели) интересующие субъекта науки. С другой, – зафиксировать на настоящий момент ситуацию неопределенности топики научных (системных) методов в знаниевом пространстве постнеклассической науки, требующую адекватного решения.

В результате, в рамках постнеклассического мировоззрения меняется как онтологический статус эпистемологии, за счет расширения ее онтологической базы, так и онтологический статус самого человека. «Человек разумный» порождает следующий иерархический уровень собственной организации – нового человека… Определение онтологического статуса этого нового человека – коренной вопрос постнеклассической эпистемологии.

Смеем утверждать, что включение человека в фундаментальную теоретическую схему (в нашем случае эпистемологии), относительно которой формулируются базисные законы теории (познания) и частные теоретические схемы, меньшей степени общности, выводимые из базисных, предопределяет онтологический статус этого нового человека как «человека познающего», с одной стороны.

С другой, парадоксы постнеклассической эпистемологии состоят в том, что, во-первых, «человек познающий» включается в фундаментальную теоретическую схему в нескольких ипостасях одновременно. Но прежде всего, в качестве «парадигмального образца» (Т. Кун), т.е. идеализированного абстрактного конструкта. Затем как в качестве «внутреннего скелета» теории - теоретической схемы, так и в качестве средства построения теории - ее «строительного леса» (В. Степин). Иными словами, «человек познающий» фигурирует и в качестве операционального определения, характеризующего абстрактные объекты теории в терминах картины мира и в терминах идеализированных экспериментов, опирающихся на реальный опыт. Здесь уже, на наш взгляд, имеется в виду опыт реального исследователя, ведущего реальную эпистемологическую деятельность. Последний, находясь с онтологическими основаниями схемы научной рациональности в интерактивных отношениях, может изменить не только весь генез теоретической схемы, не только основания всей программы целенаправленного научного поиска, но и свой собственный онтологический статус.

Тем самым, мы, во-первых, фиксируем полионтологический статус «человека познающего» в рамках постнеклассической эпистемологии, т.е. не сводимость одной онтологической ипостаси «человека познающего» к другой. Во-вторых, динамический характер совокупности всего множества возможных онтологических оснований постнеклассической эпистемологии, вызванный активной и реактивной деятельностью и изменчивостью «человека познающего». В-третьих, не сводимость в такой ситуации одного из оснований эпистемологии к какому-либо другому основанию. Все это предопределяет глобальную относительность любого основания постнеклассической эпистемологии, в том числе, и любой схемы теоретизации знания. Иными словами, любая постнеклассическая теория может начать формироваться в любой точке (с любого основания) всего онтологического пространства эпистемологии.

И еще. Вышеперечисленные сдвиги онтологических оснований эпистемологического пространства, предопределяя тотальную разомкнутость его базовых абстрактных конструктов - их не сводимость одного к другому, т.е. онтологическую самостоятельность, - ставят перед постнеклассической эпистемологией ключевой вопрос, вопрос определения размерности базового онтологического пространства, из которого могут быть построены по принципу подобия и инвариантности все остальные онтологии.

Такая постановка ключевого вопроса ведет к революционным изменениям в эпистемологии, отменяя, например, такие оппозиции как «причина – следствие» или «сущность – явление».

Поэтому, коренным моментом в постановке и решении задачи адекватного производства и представления эпистемологического знания считаем ответ на вопрос определения базовой онтологической размерности человека как полионтологичного объекта. Иными словами, базовая онтологическая размерность человека и ее идентификация может рассматриваться как решение задачи адекватного определения онтологического статуса человека в постнеклассической эпистемологии.

Считаем, что одно из решений предложено в рамках нового парадигматического подхода, разработанного советским, русским ученым Николаем Носовым, названным им виртуалистикой. Его подход базируется на признании того, что существует много несводимых друг другу , т.е. онтологически самостоятельных, реальностей; относительно психики этот подход конкретизируется им в теории психологических виртуальных реальностей.

 

Виртуальные ловушки

 

Виртуальная психология определяет личность человека как реальность, порожденную динамичным взаимодействием несводимых друг к другу реальностей телесности, сознания и воли, находящуюся, в свою очередь, в интерактивных отношениях с последними. В связи с этим, вопрос о «главной», единственно «истинной» реальности в виртуальной психологии не ставится; отношения между реальностями относительны. Признание, полагание какой-либо из реальностей человека (сознания, воли, личности или телесности) первичной при концептуализации феноменов практики приводит к виртуальным ловушкам первого рода. Видовыми проявлениями виртуальных ловушек первого рода, например, являются телесно-ориентированная или личностно ориентированная психотерапии.

Виртуальная парадигма исходит из динамичности отношений между реальностями, обладающими свойствами (признаками) спонтанности, порожденности, актуальности и интерактивности (Н. Носов и О. Генисаретский, 1986). Полагание динамичных феноменов константными при их исследовании и концептуализации приводит к виртуальным ловушкам второго рода. В качестве ее видовых проявлений в психологии можно назвать трансперсональную психологию или гештальт-психологию.

Полионтичная природа мира и человека предопределяют постановку и решение задачи адекватного (конгруэнтного) трансферта (термин перенос мы не используем из-за занятости психологией) - отражения объекта из одной реальности человека в другой. При неадекватном – неконгруэнтном трансферте (с подменой, с суппозицией) возникают виртуальные ловушки третьего рода. Видовые проявления таковых – затруднения при обучении творческим профессиям (например, изобретателей или специалистов нейро-лингвистического программирования). Объект из реальности воли мастера в процессе наблюдения концептуализируется в реальности сознания исследователя, затем, предъявляется педагогом как образец в реальности телесности ученика (как парадигматическая установка; мировоззрение, на наш взгляд, это в т.ч. психофизиология человека). В результате вместо личности художника (виртуоза; в частном случае - режиссера), способной к созданию произведения - порождению в своем сознании, телесности и воле описанного исследователем алгоритма действий как частного случая практики, получается личность ремесленника, способного лишь воспроизвести предложенные канонические образцы (алгоритмы действий; в частном случае «человека, умеющего снимать кино»).

Формулируя процесс обратный вышеописанному при подготовке художников (виртуозов), можно утверждать, что виртуальный конфликт возникает при неконгруэнтном трансферте девиртуализированных знаний (отторгнутых от автора) из онтологической реальности транслируемых технических знаний в онтологическую реальность виртуализированных знаний – неизреченных экспертных знаний. Так возникает виртуальный конфликт между поли- и моноонтичными парадигмами, не фиксируемый в рамках моноонтичной науки.

Вышеназванные виртуальные ловушки относятся к виртуальным ловушкам первого порядка. Виртуальные ловушки второго порядка возникают, например, при междисциплинарной трансляции знаний в науке. То есть они порождены предыдущими виртуальными ловушками (конфликтами). Данный факт подтверждается теоретической виртуалистикой, которая выделяет категории порожденной (виртуальной) и порождающей (константной) реальностей. Статус порожденной и порождающей реальностей, как и в нашем случае, является относительным.

Феноменология проблем практики в силу своей природы характеризуется полионтичностью, что затрудняет ее концептуализацию в рамках моноонтичной науки. Как следствие по поводу одного и того же объекта (феномена) создается масса частных теорий, пытающихся свести полионтичный мир к одной реальности. Виртуалистика позволяет преодолеть данное противоречие.

Следующий, уже практический вопрос, который встает перед постнеклассической эпистемологией, это вопрос разработки формального аппарата моделирования полионтологичных объектов и явлений, что требует, как сейчас признано, решения трех взаимосвязанных, но онтологически самостоятельных (ортогональных) задач: инвариантности, подобия и определения минимального пространства признаков (параметров) относительно которых могут быть описаны все остальные, интересующие исследователя. На наш взгляд, в качестве возможных подходов к решению триединой задачи следует рассматривать разработанное А.Н. Малютой инвариантное моделирование на основе теории гиперкомплексных динамических систем, виртуалистику Н. Носова, построенную на подобии, на теоретической модели «константное – виртуальное» (его тезисы «Виртус – казус») и, например, концепцию человеческого потенциала, задающую базовое пространство параметров (признаков) или работу В.Ж. Келле.

 

Жалобы обывателя: небольшая феноменологическая иллюстрация

 

Схема рациональности Степина В.С. помогает, например, предъявить полионтичную природу конфликта, характеризующуюся тем, что источником такового может стать, во-первых, объект, известный из классической конфликтологии как предмет конфликта. Пути, способы, стратегии достижения желаемого результата могут выступать вторым источником конфликтов. Такой тип конфликтов описан и, в силу предложенной схемы, может быть отнесен к неклассической конфликтологии. И, наконец, постнеклассический тип конфликтов возникает когда источником таковых выступает сам субъект, а именно его ценностные и целевые характеристики. Аксиологические и целевые основания мировоззрения человека, что отражено в схеме субъекта у В.С. Степина.

Таким образом, феноменологическое проявление конфликта (казус) на уровне предмета и/или средств управления им могут быть вызваны причиной, силой, лежащей в другой, онтологически самостоятельной, независимой реальности, и эта сила выступает виртусом конфликта. Поэтому полионтичный характер постнеклассической науки требует адекватного – полионтологичного – рассмотрения картины любого феноменологического казуса.

Общепринято, что Западный менталитет построен на степени актуальности происходящего в текущей жизни феномена и образе актуального феномена. Образ может быть рациональным - научным, философским или иррациональным – метафорическим, поэтическим. Приведу в качестве иллюстрации поэтический образ социального конфликта, описанный Сашей Черным в стихотворении «Жалобы обывателя» в 1906 году.

 

Моя жена – наседка,

Мой сын, увы, эсер,

Моя сестра – кадетка,

Мой дворник – старовер.

 

Кухарка – монархистка,

Аристократ – свояк,

Мамаша – анархистка,

А я – я просто так…

 

Дочурка-гимназистка

(Всего ей десять лет),

И та социалистка, -

Таков уж нынче свет!

 

От самого рассвета

Сойдутся и визжат, -

Но мне комедья эта,

Поверьте, сущий ад.

 

Сестра кричит : «Поправим!»

Сынок кричит: «Снесем!»

Свояк вопит: «Натравим!»

А дворник: «Донесем!»

 

А милая супруга,

Иссохшая, как тень,

Вздыхает, как белуга,

И стонет: «Ах, мигрень!»

 

Молю тебя, создатель

(Совсем я не шучу),

Я русский обыватель –

Я просто жить хочу!

 

Уйми мою мамашу,

Уйми родную мать –

Не в силах эту кашу

Один я расхлебать.

 

Она, как анархистка,

Всегда сама начнет, -

За нею гимназистка

И весь домашний скот.

 

Сестра кричит: «Устроим!»

Свояк вопит: «Плевать!»

Сынок шипит: «Накроем!»

А я кричу: «Молчать!!.»

 

Проклятья посылаю

Родному очагу

И в тайне замышляю –

В Америку сбегу!..

 

 

Из поэтической зарисовки можно увидеть, что автор описывает константную реальность в которой развертывается конфликт - домочадцев и императивы их действий. Описано зарождение и расширение конфликта: от мамаши-анархистки до обывателя и его жены.

 

Стратегии поведения в конфликте, используемые участниками, исчерпывающе иллюстрируют подмеченное классической конфликтологией, кстати, намного позже Саши Черного: обострение - со стороны анархистки, уход – мечта обывателя сбежать в Америку, отрицание или отказ от разрешения конфликта – вздохи и мигрень жены. Поведение участников не поддается рациональному пониманию – «домашний скот». Люди, невольно втянутые в конфликт (обыватель) разрешить его не могут. Какие-либо попытки, в том числе и силовые – «молчать!!.» - к разрешению конфликта не приводят, т.к. виртус конфликта лежит в других сферах. Каких?

Все герои стихотворения, включая русского обывателя, объединены одной целью – хотят как лучше, но различаются по ценностным основаниям – состоят в разных партиях, либо придерживаются различных политических, идеологических взглядов или, как обыватель, не имеют таковых. Одновременно, правда, можно заметить, что «домашний скот», или, как теперь принято выражаться, электорат, в отличие от обывателя почему-то не хочет сбежать в Америку. Почему?

Полагаем, что наряду с ценностными и целевыми характеристиками у субъекта имеются и парадигматические основания. Гносеологические, эпистемологические установки человека, на наш взгляд, связаны прежде всего с телесностью последнего. Что требует проведения отдельных прицельных теоретических и методологических работ.

 

Заключение

 

В результате реализации проекта показана продуктивность приложения виртуального подхода к целому ряду социальных конфликтов, не рассматривавшихся и не разрешимых раньше в рамках классической и неклассической философии. Введен и описан новый тип конфликтов – виртуальный конфликт. Предложены адекватные методы его разрешения: новый тип практики – аретея (практическая виртуалистика), - новые способы разрешения социальных конфликтов, в основу которых положен виртуальный подход. Описаны социальные конфликты в сфере медицины и в сфере организационного управления. В медицине рассмотрен феномен «бронхиальной астмы» – аномии дыхания, и предложены соответствующие инструменты ее аретеи. В сфере управления разработана философия и процедуры организационно-деятельностных игр. Описаны феномены организационных конфликтов, встречающиеся при развитии гражданского общества и организационных структур. Предложены подходы и процедуры коррекции последних.

 

Список литературы к отчету

 

Келле В.Ж. Инновационная система России: формирование и функционирование. – М.: Едиториал УРСС, 2003. – 148 с.

Малюта А.Н. Гиперкомплексные динамические системы. – Львов: Вища школа, 1989. – 120 с.

Малюта А.Н. Закономерности системного развития. – К.: Наукова думка, 1990. – 136 с.

Малюта А.Н. Система деятельности. – К.: Наукова думка, 1991. – 208 с.

Мироновский Л.А. Математические основы теории моделирования и теория инвариантов // Моделирование. Основные понятия и определения. Этический кодекс: Матер. к дискус. 12 ноября 2001 г в Доме ученых им. М. Горького РАН /Под ред. М.Б. Игнатьева и Л.А. Мироновского. - СПб.: Б.И., 2001.- С. 21 - 29.

Носов Н.А., Генисаретский О.И. Виртуальные состояния в деятельности человека-оператора // Авиационная эргономика и подготовка летного состава / ГНИИ Гражданской авиации. – М.: Б.и., 1986. – С. 147 155. - (Тр. ГНИИГА. Вып. 253.).

Степин В.С. Теоретическое знание. – М.: Прогресс-Традиция. – 744 с.

Человеческий потенциал России: интеллектуальное, социальное, культурное измерение / Институт человека РАН. – М.: Б.и., 2002. – 265 с.

Саша Черный Жалобы обывателя // Стихотворная сатира первой русской революции (1905 – 1907): Сборник. – Л.: Сов. писатель, 1985. – С. 400 – 402.

119992, Москва, Россия, Волхонка 14/1 строение 5, Центр Виртуалистики Института человека РАН



Разработано yans.ru